Tелевизионное агентство «Русский Репортаж» - Сцены из супружеской жизни
Печать

Сцены из супружеской жизни

Молодой ГодарСам факт существования беллетризованного фильма о Жан-Люке Годаре, «священном чудовище» авторского кино, реформаторе киноязыка, здравствующем классике-интеллектуале, может показаться почти кощунственной дерзостью. И то, что создателем байопика выступает режиссер-имитатор Мишель Хазанавичус, которого принято считать «попсовиком», потакающим буржуазным вкусам, представляется верхом неслыханного нахальства. Верные апологеты годаровских святынь, возможно, презреют картину, восприняв ее как пародию на романтику протестов.

Но стоит принять во внимание очевидную истину: перед нами ФРАНЦУЗСКОЕ кино. Как утверждал сам Годар, «французское кино – это очень счастливое кино, оно может многое позволить себе в сфере личного творчества. Кинематографисты представляют Францию иными словами, свободу, в смысле индивидуальной свободы». Именно поэтому «Молодой Годар» – картина, которая не несет никакой ответственности перед лицом истории. Она легкомысленна, озорна, печальна, питает нас мимолетной импрессией, выразительной красотой нюансов, в которой небрежная реальность сплетается
с изысками монтажных приемов и мизансцен. Весь арсенал выразительных средств, которыми Годар преображал мир, является здесь единственно возможным способом изложения. Фильм состоит из головокружительных тревеллингов, артикулированных, почти маниакальных в своей чувственности крупных планов; резкие склейки способны в любой момент разрушить хрупкую достоверность нарратива, а цвета, звуки и шумы проникают внутрь изображения и живут своей жизнью.

Фильм изобилует цитатами, точнее, имитациями цитат, поскольку цитаты – то, без чего немыслим сам Годар. Хазанавичус словно читает кумира по губам ведь фильм о Годаре может быть рассказан только языком его фильмов. Если мы действительно хотим понять, ради чего был снят фильм, нам стоит вспомнить французское выражение «cherchez la femme». Картина поставлена по мотивам автобиографии Анн Вяземски, легендарной «Китаянки», бунтарки и буржуазки, которой восхищались величайшие интеллектуалы кино Брессон и Пазолини, и которую Жан-Люк Годар боготворил как музу и как жену. В своем романе Анн описала историю своего знаменитого брака, который, как ей казалось, обладал прочностью атомной субмарины «Грозный» (Le Redoutable). Однако «революционная посудина» однажды дала течь и пошла ко дну. Пытаясь разобраться в причинах фиаско, Анн не свела свою историю к жалобам на жизнь с великим и ужасным. Книга, а вслед за ней и фильм поведали универсальную историю о прихотливости чувств. Это не безжалостный самоанализ в духе бергмановских откровений, а кажущаяся чуточку поверхностной эмоциональная драма любви, в разрушении которой виноваты все и не виноват никто.

Личность Жан-Люка неотвратимо уводила в тень всех, кто находился с ним рядом. В этой «тени» оказалась сама Анн. Из этого укрытия она наблюдала за ним и превратила опыт их совместной жизни в психологический сюжет. В этом смысле фильм дает нам право узнать чуть больше правды не о Годаре, а о его возлюбленной. Разочаровавшись в любви, Анн Вяземски не потеряла интерес к автору «Презрения» и «Безумного Пьеро», которого обрекло на одиночество собственное величие. Один из самых почитаемых кумиров оказался непонятым ни чужими, ни близкими. Это не стало причиной жизненной трагедии, ибо упрямство, с которым растерянный классик придерживается своих целей, позволило ему «жить своей жизнью».

Молодой Годар

Эксцентричный гений в исполнении Луи Гарреля прекрасен именно потому, что легко лавирует между почтительностью и несерьезностью, охотно подчиняясь правилам игры, установленным самим Годаром: «Я – не Годар. Я – актер, который играет Годара, при этом не самый лучший актер». Стэйси Мартин, которая внешне имеет мало общего с Анн Вяземски, влюбляет в себя камеру, и ее женственность и очарование – это тоже один из тех плюсов, ради которых «Молодой Годар» стоит маленькой мессы.

Роман Дорофеев, Игорь Сукманов